Главная Новости сайта Общение Информация
Wikistopia Уральская Эльба Проза Уральского стопа Уральские автостопщики Автостоп-путеводитель
по Уральскому региону
  • Проза Уральского стопа

  • Мое первое путешествие автостопом.

    ЧЕЛЯБИНСК-ВЕРХОТУРЬЕ.

    Путешествие... Бегство от серой каждодневной обыденности, единственное спасение от которой раньше я находил лишь в творчестве и в письмах друзей, давно разъехавшихся кто куда. Безграничное небо за грязным окном и дорога, уходящая прочь.

    Дорога... За поворотом - неизвестность, с которой так хочется встретиться лицом к лицу. И в конце концов, какая разница, сотня метров или тысячи миль - если ты решишься сделать шаг, судьба сама шагнет тебе навстречу.

    Челябинск - Екатеринбург.

    Солнечным майским утром я стоял с черным рюкзаком за плечами на автобусной остановке у поворота на ЧМЗ и выискивал взглядом в суетливой толпе Катю - человека, с которым я должен был впервые отправиться в путешествие автостопом. Сначала я хотел ехать один - в Екатеринбург, но когда мое намерение чуть не обломала внезапно "накрывшаяся" вписка, Катя совершенно неожиданно объявилась на другом конце телефонного провода с известием, что она собирается в Верхотурье на майские праздники и срочно ищет попутчика. Пятьсот с лишним километров - неплохо для первого раза и, прямо скажем, немного страшновато. Успокаивало то, что Катя автостопом уже путешествовала и о реальности такого передвижения знает не понаслышке. Мой же опыт заключался лишь в многократном перечитывании "Практики вольных путешествий", несколько месяцев назад обнаруженной мной в мутных глубинах Интернета.
    А вот и Катя - в светлой куртке, ярком свитере и с красным рюкзаком за плечами. Я еще раз вспомнил, что автостопщик должен быть одет ярко, чтобы его можно было заметить издалека и заодно отличить от местных жителей. К сожалению, в моем гардеробе яркой одежды не оказалось. оставалось надеяться, что от местных жителей меня будут отличать очки и улыбка. Если, конечно, кто-то разглядит их на большой скорости.

    Чтож, вперед!
    Рука неуверенно, с полураскрытой ладонью поднималась навстречу равнодушно катящимся по трассе машинам. Даже не совсем верилось, что какая-то из них остановится. В конце концов, многое ведь зависит от случайности - кто знает, не придется ли нам повернуть назад ни с чем. Ведь прошло целых десять минут, каждая из которых напряженно пульсировала неизвестностью, а еще не остановилась ни одна машина. Однако... Обычный деревенский "бобик", заставляющий вспомнить старые советские фильмы, неожиданно резко затормозил рядом с нами. Первая машина! Простая семейная пара: веселый мужик-водитель и его улыбающаяся жена.
    - Так что, сейчас тоже на попутках путешествуют, как раньше? - На лицах - веселое и доброе удивление.
    - Конечно, и многие! - оживленно рассказывали мы, а в глубине души даже не совсем верилось, что и мы уже относимся к их числу.
    На повороте на Долгодеревенское расстаемся с попуткой, пожелав удачи хорошим людям, благодаря которым уже пройдены автостопом первые километры.
    Еще одна легковушка - километров на десять. Меланхоличный бородач-рыбак, отправившийся на одно из многочисленных уральских озер с надеждой на хороший улов. Сидя рядом с водителем, поддерживаю разговор о рыбалке, в которой абсолютно ничего не смыслю. Вспоминая свою былую замкнутость, немного удивляюсь, до чего быстро раскрепощает дорога.
    Не успели разговориться, как водителю нужно сворачивать. Пустынная трасса поднимается на холм среди зеленой травы, в глаза светит солнце позднего утра. Первые сомнения в том, на правильном ли мы пути: где же машины? Впрочем, автобус с табличкой "Челябинск- Екатеринбург" убеждает нас, что все в порядке. Проводив его взглядом, задумываемся над тем, что в нем могли бы находиться и мы. Что же побуждает нас стоять на трассе и махать руками проезжающим мимо машинам - неужели сотня рублей, которую жалко потратить на проезд? Вряд ли. Мечтая в пыльной комнате о путешествии, мечтаешь ведь вовсе не о комфортном кресле у автобусного окошка, а в первую очередь о неизвестности - о прорыве за границы обыденности, на волю судьбы.
    И пускай она предстала даже в виде раздолбайского "ЗИЛа", направлявшегося в одну из соседних деревень. Водитель - на первый взгляд, обычный деревенский мужик-шоферюга, загадочно усмехаясь, размышляет о тяжкой судьбе России и рассказывает, что Библией давно предсказано правление "слуг сатаны" в нашей стране: и Путина, которому предназначено "выпустить на свободу зверя", и остальных наших "вождей", уничтоживших 140 тысяч душ праведных. Правда, чтобы расшифровать текст Библии, нужно знать три ключа. Мужик, видимо, раскрыл тайну шифра и некоторое время назад даже ездил в Москву, чтобы поведать свои знания кому-то из наших крутых священников. Слушать его, правда, там не стали. Наверное, поэтому слушать пришлось нам. Забавный мужик - на роль пророка он, конечно, не претендовал, но все-таки похожее впечатление сложилось. Вот соседняя деревня, приехали, но кто знает, насколько случайной была эта встреча?
    Машин на трассе по-прежнему немного: видимо, после празднования Первомая народ предпочитает отсыпаться. Те же машины, что проезжают мимо нас, переполнены пассажирами или какими-нибудь саженцами и подобным мусором. На пыльной дороге мы стояли достаточно долго, минут двадцать-тридцать, если не больше. Однако в конце концов все-таки нашлась машина, которая согласилась нас подобрать. Правда, обитатели машины нас немного удивили: солидный дядя в костюме, не менее солидная тетя, а также бабка на заднем сиденье. И все молчали, разве что бабка, которой пришлось слегка потесниться, изредка бросала какие-то непонятные реплики. Увидев на трассе движущийся навстречу автобус, она искренне удивилась сему обстоятельству: видимо, ей показалось, что мы голосовали только из-за отсутствия автобусного движения в праздничный день. Мы поняли, что подобрали нас явно не с целью скоротать время с интересными попутчиками. Скорее всего, нам просто решили помочь - просто так, раз уж мы встретились на пути. Спасибо этим добрым людям - благодаря им мы продвинулись по трассе достаточно далеко и находились уже в 70 километрах от Челябинска, у поворота на Большой Куяш.
    Мы стали голосовать за пустующей автобусной остановкой, но на достаточно далеком расстоянии от нее, чтобы нас не приняли за нетерпеливых пассажиров. Мимо проехал "уазик", и какой-то бритоголовый мужик насмешливо помахал нам рукой из окошка. "Жлобы какие-то", - сказал я, но уже в следующий момент "уазик" затормозил, и я пожалел о своих словах. В "уазике" сидели трое: вышеупомянутый бритоголовый мэн, еще один мужик в милицейской форме и простая светловолосая женщина с приветливой улыбкой. Правда, в отличие от предыдущей машины, места вполне хватало на всех. Вкратце поведав о цели своего путешествия и, возможно, немного разочаровав народ тем, что мы всего лишь из Челябинска, мы послушали рассказы самих обитателей "уазика". Бритоголовый мэн действительно оказался каким-то полууголовником, правда, довольно веселым. Он поведал о разборках с чуриловской мафией, возжелавшей отобрать у него "мерседес" за причинение телесных повреждений одному из их товарищей в пьяной драке. Закончилась история вроде бы благополучно, но за развитием событий мы следили с неослабевающим интересом, пока не настала пора высаживаться. Довезли нас ровно до середины пути, до придорожного базара, где "останавливается много свердловских машин". В тот день базар, правда, практически пустовал, поэтому мы, купив бутылку воды, пошли дальше.
    Возможно, "Практика вольных путешествий" на этот раз сыграла с нами не совсем удачную шутку. Испугавшись соседства с автобусной остановкой, о нежелательности которого говорилось в книге сей, мы зачем-то ушли с хорошей позиции куда-то далеко-далеко, где уже никто останавливаться и не думал. Прошло довольно много времени, в течение которого мы медленно двигались по трассе, периодически останавливаясь, чтобы застопить машину, однако ни на одной позиции успеха мы не достигли. Перейдя мост через речку Синару, мы серьезно задумались. За спиной осталось 2-3 километра, но поведение машин ничуть не изменилось, и по-прежнему водители махали рукой, показывая, что скоро поворачивают. Впереди, наверное, был какой-то город, и в его черте на успех было мало надежды. Надо было срочно что-то придумать. Первое, что пришло нам в голову - это немного изменить внешний облик. Решили, что одет я слишком уж неярко и что надо это исправить. У Кати с собой была легкая оранжевая курточка, и нам пришло в голову, что она поможет улучшить наш имидж. Правда, куртка оказалась мне мала, но, закатав рукава до локтей, это легко удалось скрыть. Зато яркость нашего внешнего вида существенно возросла. Наверное, моя оранжевая куртка и катин красный свитер сделали свое дело, так как уже минуты через две перед нами затормозил грузовик. Правда, ему оказалось с нами совсем не по пути, и он нас не взял, но мы сочли это за добрый знак. И точно - еще через пять минут на наши голосующие жесты остановилась крутая "ауди". Чувак в очках, который сидел за рулем, направлялся как раз в Екатеринбург и без всяких проблем согласился нас подбросить. Причем, на это у него имелось несколько причин. Он возвращался из похода в горы, куда на праздник ездил с компанией знакомых альпинистов, и так устал, что боялся заснуть, если кто-нибудь, в данном случае мы, не будет отвлекать его от сна интересным разговором. Во-вторых, в горах осталось десять его приятелей всего с одной машиной на всех, и осознание того, что многим из них также придется добираться домой автостопом, сыграло свою роль. Так или иначе, совместная поездка с нами до Екатеринбурга была выгодна обеим сторонам: мы не дали чуваку заснуть, завязав оживленный разговор, а за разговором легко и быстро добрались до места нашего назначения. В дороге узнали много интересного: и об особенностях уральского альпинизма, и о полезных свойствах антирадара, спасающего от гаишников, и многое другое. Ближе к Екатеринбургу гаишники стали попадаться каждые десять километров, и в полезности антирадара мы убедились на практике. Кстати, немного удивил внешний вид свердловских гаишников: одеяниями они напоминали французских жандармов и носили белые пояса. Правда, внутренняя суть их наверняка оставалась неизменной, и мы порадовались, что до нашего лихого водителя они все-таки не докопались.
    На границе Екатеринбурга слева от дороги высились поросшие соснами горы, справа - блестящая полоса воды и множество маленьких домиков на берегу. По сравнению с Челябинском, город с самого начала произвел на меня благоприятное впечатление. Узкие тенистые улочки, петляющие среди садовых окраин, казались такими чистыми и по- провинциальному приветливыми, что даже вдали от центра явственно ощущалась атмосфера культуры и цивилизованности. Даже светофоры удивили: чистые, яркие и так сильно отличающиеся от пропыленных тусклых глаз челябинских улиц!
    Водитель высадил нас на улице Белинского, неподалеку от автовокзала. Мы с гордостью огляделись по сторонам. Пусть мы добрались до Екатеринбурга за целых 7 часов - сейчас мне уже кажется это немного смешным, - цель все же была достигнута, и мы убедились в полной реальности автостопа.
    На остановке, где нас высадили, мы немного привели себя в порядок: причесались, почистили ботинки... Народ с любопытством поглядывал на нас, может, потому, что мы до сих пор выглядели слишком ярко. А может, это просто действовало ранее неведомое мне ощущение незнакомого города, когда все кажется чужим и непривычным, и так хочется найти в толпе хоть одно знакомое лицо.
    Трамваи в Екатеринбурге кажутся немного устаревшими по сравнению с челябинскими, но во многом и более уютными. Водители объявляют не только названия остановок, но и сообщают, где можно сделать пересадку, и вообще ведут себя предельно вежливо. За окном трамвая проплывают старинные кварталы, сохранившиеся со времен революции, а может, и с более отдаленного прошлого. Главные улицы зачастую носят достаточно веселые и незнакомые названия, например улица 8 марта - одна из главных в городе. Взгляд жадно ловит все непривычное, на лице расплывается улыбка. Так интересно оказаться там, где никогда не бывал! Пофотографировавшись на память на площади 1905 года, спускаемся в метро. От езды на эскалаторе захватывает дух, чувствую себя Крокодилом Данди, приехавшим в Нью-Йорк из джунглей. Ни разу не ездил до этого в метро, поэтому впечатлений - масса. Купил себе лишний жетончик, чтобы привезти в Челябинск на память о Екатеринбурге. Правда, на жетончике надпись - Московский метрополитен, но это смущает мало, так как в Москве таких жетончиков давно уже нет, там давно перешли на карточки...
    Пригородный автобус в Верхнюю Пышму - там живет тетя Женя, катина родственница, согласившаяся нас приютить. А завтра - дальше, в Верхотурье...

    К Верхотурью.

    Верхняя Пышма - небольшой промышленный городок, ничем особо не примечательный, кроме разве что того, что там расположена штаб- квартира Уральской Горно-металлургической Компании - одного из "главных врагов" Челябинской области, возжелавших захватить контроль над нашими предприятиями. Можно сказать, мы заехали на враждебную территорию. Мимо низеньких двухэтажных домиков бродят отряды рабочей молодежи, вооруженные бутылками с пивом. Большой заросший сквер переполнен бритоголовыми отдыхающими, полно их и во дворах. Причиной, очевидно, являются первомайские праздники, хорошая погода и приближение вечернего времени. К счастью, до дома тети Жени мы добрались без особых приключений, хотя и немного поплутали по глухим незнакомым улицам.
    Отдохнув и переночевав, ранним утром мы со свежими силами отправились в путь. Не зная особенностей трассы до Нижнего Тагила, мы решили отказаться от передвижения автостопом и добираться до следующего пункта нашего путешествия на электричке.
    Товарищи автостопщики, читающие это, будьте снисходительны к новичкам! Ведь если от Челябинска до Екатеринбурга мы добрались за семь часов, то сколько пришлось бы добираться до Верхотурья, расстояние до которого - в два раза больше!
    На вокзале в Екатеринбурге мы взяли билеты до Калинова - половина пути до Нижнего Тагила, чтобы особо не шиковать. Как выяснилось, поступили мы правильно, так как именно в первой половине пути следования нашу электричку посетили контролеры. Во второй половине пути, когда мы ехали уже без билетов, сия напасть нас благополучно миновала.
    Не успели мы отъехать и несколько километров от Екатеринбурга, за окном электрички выросли покрытые лесом горы. Небо затянуло хмурыми облаками, повеяло суровым дыханием севера. Среди угрюмых деревьев, густо покрывших горные склоны, в некоторых местах еще лежал снег. Низенькие деревянные домишки изредка попадавшихся рабочих поселков тесно жались друг к другу: видимо, сообща было проще противостоять холодным ветрам. Мелькнула за окном окруженная лесом одинокая церквушка.
    До Нижнего Тагила от Екатеринбурга мы добирались четыре часа. На въезде в город нас встретили высокие заводские трубы, выпускавшие в небо грязно-оранжевый дым. Первое впечатление от города, разумеется, оказалось не из приятных. Высадившись на станции и изучив расписание, мы обнаружили, что электричка до Верхотурья ушла полчаса назад, а следующая будет только через четыре с половиной часа. Торчать столько времени в грязном Нижнем Тагиле, чтобы потом прибыть в Верхотурье еще и поздним вечером, нам вовсе не улыбалось, и мы решили отправиться на поиски автотрассы. План города, который нам удалось найти в привокзальной книжной лавке, задачу нам не очень облегчил: мы выяснили только, что выезд на северную трассу находится где-то на другом конце Нижнего Тагила. Правда, порасспрашивав людей знающих, мы довольно быстро узнали, как туда добраться, и вскоре уже ехали в автобусе через центр города. Нижний Тагил - город не очень большой, поэтому даже из окошка автобуса вполне можно было составить о нем впечатление. Относительно ухоженные фасады зданий выглядели достаточно цивилизованно, однако повсеместно картину портили огромные кучи кирпичей и прочего мусора, выглядывавшие из дворов на протяжении всей поездки. Казалось, что проезжаешь мимо красивых декораций, выставленных на свалке.
    Одна из декораций, правда, нам очень понравилась - завод очень старинного вида, сохранившийся без изменений, наверное, еще со времен Демидовых. Даже не верилось, что здесь еще ведется производство. Мы не ошиблись: вывеска на высоком заборе гласила, что перед нами - завод- музей. Мы проехали мимо неуклюжих заводских построек вековой давности, мимо старинных железнодорожных вагонов, которые, наверное, уже никогда не двинутся с места. Старинный завод очень заинтересовал нас, но нам не терпелось поскорей оказаться на трассе, поэтому выходить из автобуса мы не стали.
    Проехав мимо высоченного холма, увенчанного маленькой белой церковью, мы оказались в "спальном районе" Нижнего Тагила. Ряды многоэтажек и многочисленные грязные пустыри мы миновали достаточно быстро, и вскоре автобус высадил нас на самой окраине города. Буквально через один квартал уже начиналась трасса.
    Дотопав до развилки, мы остановились в несколько мрачноватом недоумении. Перед нами было три дороги: на Черноисточнинск, Екатеринбург и Серов. Однако если на первых двух трассах движение не прекращалось ни на минуту, то поворот на Серов из всех проезжающих мимо машин не выбрала ни одна. Пустынная дорога уходила наверх по заросшему крутому склону, освещаемая равнодушным солнцем. Мы еще раз достали атлас автомобильных дорог, чтобы сориентироваться.
    Выяснилось, что перед нами - самое начало объездного пути вокруг Нижнего Тагила. Но до чего же глухое место! Решено было вновь переодеться поярче, так как на столь пустынной трассе любая мелочь могла иметь решающее значение. Пока мы переодевались, в сторону Серова неожиданно повернул полупустой автобус и, взобравшись по склону, скрылся за поворотом. Мы находились слишком далеко от дороги, чтобы застопить его, однако в душах наших затеплилась надежда на то, что трасса на Серов - все-таки не такая уж и глухая.
    Когда мы поднимались по дороге, взгляд наш случайно упал на искореженный остов автомобиля, ржавеющий под откосом среди деревьев. Метров через двадцать мы увидели внизу еще один. Плакат на дороге, предупреждающий о высокой аварийности трассы, был поставлен далеко не случайно.
    Миновав развилку, мы выбрались на основную трассу. Здесь уже стали появляться машины, хоть и не слишком часто. Правда, дорога шла уже под уклон, поэтому скорость машин была довольно приличной, и никто даже не думал останавливаться. Часы показывали 14:00. На всякий случай мы с Катей заранее обговорили: если до трех никого не застопим, возвращаемся в Нижний Тагил, чтобы успеть на электричку в начале шестого.
    И мы побрели по трассе в поисках хорошей позиции. Однако найти таковую на объездной вокруг Нижнего Тагила оказалось весьма сложно. За крутым спуском сразу же следовал резкий поворот, на котором никто не останавливался, опасаясь аварии, так как дорога была очень узкой. За ним следовал еще более крутой подъем, и нам пришлось идти дальше и дальше: трасса все время поворачивала вправо, поэтому заметить автостопщиков издалека водителям было сложно.
    Тем временем начали сгущаться тучи. Узкая дорога, петляя, исчезала вдалеке среди сумрачных горных склонов. Машины сосредоточенно, одна за другой проносились мимо нас и скрывались за поворотом.
    С теоретической точки зрения, нам все-таки удалось найти хорошую позицию: после продолжительного подъема дорога шла ровно метров двадцать-тридцать, после чего опять обрывалась вправо и вниз. На этих двадцати-тридцати метрах водители вполне имели возможность затормозить, хорошенько разглядев нас издалека на подъеме. Тем не менее, желающих остановиться не было. Может быть, потому, что характер трассы отнюдь не располагал к общению со случайными попутчиками. Так или иначе, целый час пролетел для нас довольно быстро без малейших результатов. Делать было нечего - следуя достигнутой ранее договоренности, мы повернули обратно, в сторону Нижнего Тагила.
    С каждым шагом на сердце становилось все тяжелее. Пройдя шагов десять, стало тоскливо по-настоящему, так как мы достигли границы хорошей позиции, за пределами которой остановить машину представлялось весьма бесперспективным занятием. В последний раз подняв руку очередной проезжающей машине, мы собрались было спускаться, как вдруг... машина остановилась. Как раз на том самом двадцати-тридцатиметровом ровном участке. Еще не веря своей удаче, мы подбежали к машине.
    О да! Удача от нас не отвернулась. Машина ехала до Краснотурьинска, что еще дальше Серова, и без проблем могла подвезти нас до самого поворота на Верхотурье. Водителю было лет тридцать, ехал он из Сургута и, видимо, уже устал без человеческого общения. Кате он предложил сесть на переднее сиденье, поэтому вся основная нагрузка в этот раз легла на нее. Я сидел на заднем сидении, где в уши мне бил из колонок бодрый хард-рок группы Scorpions, и в разговоре, который велся впереди, принимать участия не мог, так как смысл произносимых впереди фраз пробивался сквозь хард-роковые волны с очень большим трудом.
    Следует отметить, что лично для меня одной из основных трудностей автостопа представлялась необходимость постоянно трепаться с водителем. Катю необходимость развлекать болтовней водителя тоже отнюдь не приводила в восторг, так как в данном случае нам предстоял очень долгий участок трассы. К счастью, с этой задачей ей удалось благополучно справиться, даже после того, как нашего водителя оштрафовали гаишники за превышение скорости и отсутствие квитанции о прохождении техосмотра.
    Водитель, конечно, попался лихой. Даже на опасных участках трассы он редко снижал скорость, и спидометр обычно показывал не менее, чем 120 км/ч. Порой у меня захватывало дух, так как трасса действительно была довольно мрачноватой. На протяжении километров пятидесяти от Нижнего Тагила вдоль дороги нам то и дело встречались каменные памятники и могильные венки - суровое напоминание о неосторожности водителей, когда-то так же лихо гонявших по этой трассе. К счастью, наш водитель, несмотря на всю свою любовь к большой скорости, ни разу не рисковал понапрасну и машину вел весьма уверенно. За окном проносились густые северные леса: хмурые ели и сосны, тощие березы и дремучие заросли кустарника.
    Поворота на Верхотурье мы достигли уже через полтора часа, к половине пятого. Электричка из Нижнего Тагила еще даже не вышла. Поблагодарив нашего водителя, мы зашагали по узкой дороге в сторону Верхотурья, до которого оставалось всего километров двадцать. На верхотурской дороге нас подобрали практически сразу. Верхотурье является одним из центров православной веры на Урале, знаменит своими храмами и монастырями, поэтому со всех сторон сюда съезжаются паломники, особенно в преддверии Пасхи. Многие приезжают в эти края просто поохотиться и порыбачить, но и те, видимо, проникаются святостью верхотурских мест. Как раз такие рыболовы и остановились на наш голосующий жест, возможно, приняв нас за паломников. Добродушные мужики из Екатеринбурга на двух машинах, в каждой из которых сидело по двое, любезно согласились подвезти нас до самого Верхотурья. Мы с Катей расселись по разным машинам и продолжили наше путешествие. Связь между машинами мужики поддерживали по рации.
    Машина, в которой ехала Катя, в пути чуть не сшибла зайца, случайно выбежавшего на дорогу - как видно, природа в окрестностях Верхотурья еще не истерзана цивилизацией, и животные не очень-то боятся человеческого присутствия.
    Вечерний воздух был полон свежестью.

    Верхотурье.

    Так как Катя точно не знала, где нам нужно выходить, высадили нас километра на четыре дальше, чем нужно, - у самой границы города, рядом с увенчанной тремя куполами надписью "Верхотурье" на длинном каменном постаменте. Катины родственники жили в поселке Привокзальном, который остался далеко позади, и мы решили отправиться туда пешком, так как автобуса пока не наблюдалось. Правда, автобусные остановки встречались через каждые полкилометра. Кирпичные здания на каждой остановке были построены в виде миниатюрных церковных башен - надо полагать, на потребу туристам.
    Пару лет назад Верхотурье праздновало крупный юбилей - 400-летие, и ради такого события свердловская администрация основательно расщедрилась. В кратчайшие сроки была заасфальтирована дорога на Верхотурье от серовской трассы, приведены в порядок улицы и площадь города, гостиница, выстроены вышеупомянутые кирпичные башенки на автобусных остановках. Судя по всему, шума и денег не жалели. На низкой деревянной крыше одного из домов до сих пор сохранилась огромная белая надпись: "Россель - наш губернатор".
    Мы неторопливо шли по дороге к Привокзальному, разглядывая далекие деревянные домишки, за которыми в лучах вечернего солнца дремал сосновый лес. Слева от дороги лес начинался сразу за обочиной, и нам захотелось свернуть туда, чтобы немного отдохнуть от продолжительного пути и дорожной пыли. Не успели мы пройти и несколько метров в глубь леса, как сразу же оказались словно в другом мире, спокойном и умиротворенном. Мягко пружинила под ногами земля, устланная влажной прошлогодней хвоей; в тенистых ветвях перекликались на многие голоса лесные птицы, порхая с дерева на дерево. И среди прекрасной чистоты леса так хорошо стало на душе!
    Со свежими силами мы продолжили путь. Проблуждав по пыльным деревенским улочкам Привокзального около часа, нам удалось поймать автобус, который уже без всяких приключений довез нас до Садовой улицы - конечного пункта нашего назначения, на самой окраине Привокзального. Уже поворачивая на Садовую, в окне автобуса я увидел часовню, выглядывавшую из-за высокой стены с колючей проволокой. Вот это особо охраняемый объект! - удивился я, однако мне тут же объяснили, что особо охраняемым объектом здесь является не часовня, а заключенные, которые, кстати говоря, собственноручно ее и построили. Как выяснилось, на окраине Привокзального располагалась исправительная колония, некогда ЛТП - лечебно-трудовой профилакторий для алкоголиков и тунеядцев.
    Дом катиных родственников располагался всего метрах в пятидесяти от вышеупомянутой колонии. Впрочем, столь странное соседство ничуть не повлияло на атмосферу радушия и гостеприимства, которой нас окружили с момента нашего приезда. Нас и накормили, и напоили, и поведали о верхотурском житие и его истории.
    Следующим утром мы отправились в само Верхотурье, чтобы осмотреть местные достопримечательности. Небольшой переполненный автобус довез нас от Привокзального до самого центра Верхотурья - улицы Ленина. Уже из окна автобуса мне бросилась в глаза длинная потрескавшаяся зубчатая стена, обнесенная вокруг нескольких храмов в центре города; на каждом углу стена заканчивалась невысокой башенкой, где в старину, наверное, располагались сторожевые посты. Это напомнило мне белокаменные кремлевские стены, которые я видел на фотографиях Пскова, Нижнего Новгорода и других старинных русских городов. Как выяснилось, в Верхотурье находится единственный кремль на Урале. На обрывистом каменистом берегу реки Туры раньше располагалась крепость, но теперь значительная часть стены серьезно обрушилась. Впрочем, Свято-Троицкий собор, ранее защищаемый этой стеной, сохранился во всей красе. Мы обошли его со стороны площади и спустились к реке, через которую перекинут висячий деревянный мост.
    Река Тура катила мутные воды мимо крутых берегов, на которых в лучах утреннего солнца раскинулось Верхотурье: множество низеньких деревянных домиков на правом берегу, и белокаменные стены и сияющие купола церквей - на левом, высоко над рекой. Лед в верховьях Туры еще не совсем растаял, и темная поверхность реки всюду была покрыта белыми пенящимися разводами: создавалось впечатление, будто недавно кто-то устроил в реке грандиозную стирку. Глядя с качающегося моста на быстрые воды реки, непрерывным потоком исчезающие внизу под ногами, казалось, что плывешь на корабле - к новым приключениям, и медленно, но неумолимо увеличивается за кормой число километров, пройденных в плавании от далеких родных берегов.
    В тот день мы посетили и Свято-Троицкий собор, и Свято- Николаевский монастырь, где до недавних пор находилась детская исправительная колония, и краеведческий музей, расположенный в старинном деревянном доме, выстроенном без единого гвоздя в начале века специально для визита Распутина в Верхотурье. Церковные храмы поразили красотой и величием внутреннего убранства: яркими фресками, украсивших стены и свод, сияющими золотом иконами. Даже не совсем верилось, что раньше в одном из храмов был оборудован спортивный зал для воспитанников колонии, а на церковных башнях днем и ночью дежурили люди в военной форме. Впрочем, проза жизни и сейчас немного напоминала о себе: хотя бы в виде охранника с косичкой и в кожаной куртке, суетившегося во дворе и не пропускавшего в храм нарушителей церковного устава, например женщин с непокрытыми головами. Несмотря на это, впечатление от посещения храма осталось достаточно сильным, и мы с Катей решили побывать здесь еще - на праздничном богослужении, которое должно было состояться в ночь на Пасху.
    Уже к вечеру к стенам Свято-Николаевского собора стали съезжаться машины: паломники и просто любопытствующие спешили на богослужение и крестный ход по случаю Пасхи. Возле каждой подъезжающей машины, особенно какой-нибудь крутой иномарки, сразу собиралась толпа чумазых пацанов-попрошаек, которых у ворот верхотурских церквей полно в любое время суток, как, впрочем, и других нищих самого различного возраста. Активно доставали они, конечно, не только автомобилистов, но и весь прочий люд, проходивший через ворота храма.
    Утомившись от многочисленных натисков нищей братии, мы направились вслед за остальными паломниками в храм, где уже начиналось богослужение. Зал церкви был ярко освещен, многие люди в толпе держали в руках зажженные свечи, свет переливался на позолоченных стенах. В самом центре зала на отгороженном от многочисленной толпы пространстве стоял торжественно украшенный гроб с изображением креста, рядом с ним облаченный в черное священник нараспев читал молитву. Всякий раз, когда он останавливался, откуда-то из-за стены доносилось ответное хоровое пение монахов, все верующие кланялись, осеняя себя крестным знамением.
    Около полуночи украшенная золотом и иконами стена, за которой пели монахи, раздвинулась, и из-за нее показалась процессия священнослужителей: кто в черных, кто в раззолоченных длинных одеяниях. С крестами, хоругвями процессия дошла до гроба в центре зала; подняв его высоко на руках, священники продолжили путь к выходу из храма. За ними медленно устремилась многочисленная толпа верующих. Когда мы добрались до выхода, темная площадь перед храмом была уже заполнена народом, многочисленные огни свечей освещали толпу, замершую в торжественном ожидании. Тем временем процессия священнослужителей с крестами и горящими факелами, обойдя церковь, вновь поднялась по ступеням храма и остановилась перед воротами. Зазвенел колокол.
    "Христос воскрес!" - громко возвестил священник после торжественной молитвы. "Воистину воскрес" - глухим рокотом ответила замершая толпа. Свет свечей озарял поднятые лица верующих.

    Путь домой.

    Ранним утром мы уже покидали Верхотурье на семичасовой электричке, отправлявшейся в Нижний Тагил. Добирались без особых приключений. Правда, в пути мне довелось открыть для себя очень неприятную особенность электропоездов Свердловской железной дороги - практически все они лишены туалетов. Может быть, на коротких пригородных маршрутах до садов и огородов это и несущественно, но если учитывать, что от Верхотурья до Нижнего Тагила, например, электричка идет 4,5 часа, а от Нижнего Тагила до Екатеринбурга - 4 часа, то указанная особенность может доставить путешественнику "на собаках" немало неудобств. Как уж выкручиваться из возможной неприятной ситуации, каждый путешественник должен решать для себя индивидуально.
    Впрочем, законных оснований жаловаться у нас, наверное, не было, так как за проезд мы не заплатили ни копейки до самого Екатеринбурга. Приходилось быть начеку в постоянном ожидании контролеров и периодически выходить на разведку в соседние вагоны. Ситуация упрощалась тем, что ехали мы в первом вагоне, так что опасность могла появиться только с одной стороны. Если бы контролерам пришло в голову начать проверку с первого вагона, мы бы успели заметить, как они договариваются со служащими поезда, и вовремя скрыться в другие вагоны подальше от опасности.
    Когда мы узнали, что где-то в задних вагонах контролеры уже объявились, мы решили замаскироваться под местных жителей, не успевших купить билет на станции и отправляющихся покупать билеты в последний вагон. С невозмутимым видом прошествовав в сторону последнего вагона мимо контролеров, проверявших билеты в середине состава, мы зашли в уже проверенную часть поезда и скромно пристроились там, билетов никаких, конечно, не покупая.
    Так мы благополучно добрались до Нижнего Тагила. Был уже полдень, а путь до Челябинска предстоял неблизкий. Пока ждали электричку на Екатеринбург, обнаружили для себя приятный сюрприз - нижнетагильское томатное мороженое - вкус детства, который в Челябинске уже не найти.
    До Екатеринбурга мы добрались к половине пятого. Контролеров в электричке мы не встретили, несмотря на периодические разведки в задних вагонах. Может, потому, что уже с Верх-Нейвинска народу в электричку набилось много, а в таких условиях проверка билетов всегда довольно затруднена.
    В Екатеринбурге мы пробыли всего минут двадцать. Время поджимало, и мы понимали, что автостопом в Челябинск до наступления темноты вряд ли доберемся. Поэтому решено было воспользоваться традиционным буржуйским способом и уехать на автобусе. О, снова предчувствую снисходительные усмешки бывалых и даже не очень бывалых автостопщиков. Впрочем, скрывать сей факт не собираюсь - да и давно это, кажется, было, тысячи километров тому назад - самому забавно вспоминать. На ближайшем автовокзале мы взяли билеты до Челябинска, и вскоре "Икарус" уже мчал нас по трассе домой.
    За время нашего четырехдневного Челябинск зазеленел свежей весенней листвой и теперь с радостью встречал возвращающихся путешественников. Тихим светом улыбалось вечернее солнце.
    До чего же все-таки приятно вернуться в родной город!

    Домой!

    Белоногов Дмитрий, 2002г.